Российское гуманистическое общество

www.humanism.ru

Главное меню

Поиск по сайту

Онтологический аргумент

Онтологический аргумент

Теист настойчиво отрицает зло и непостоянство божественной природы и постулирует благо и порядок в качестве определяющих характеристик божества. Это подводит религиозное сознание к попытке обнаружить вневременное бытие за пределами мира, бытие, неподвластное локализации, непостоянству или злу.

Такого рода онтологический аргумент восходит к Платону и Августину, хотя именно св.Ансельм дал ему общепризнанную формулировку. Позже Декарт, Спиноза и другие рационалисты применили его к онтологическому доказательству. Онтологический аргумент обманчиво прост. Он основан на формальном рассуждении, которое устанавливает истинность существования Бога из анализа значения понятия Бога. Он звучит так: если у меня есть идея «существа, больше которого ничто не может быть иомыслено» и если я подвергаю ее анализу, то неизбежно прихожу к выводу, что реальность его существования должна быть сущностной частью его значения. Если сведением ad absurdum я утверждаю, что оно не существует, то тем самым противоречу тому, что оно «существо, больше которого ничто не может быть иомыслено». Тем самым получается, что идея Бога необходимо свидетельствует о его существовании.

Возражение на этот аргумент следующее: из факта, что имеется идея всемогущего существа не следует того, что такое существо существует. Если у меня есть идея единорога, то из этого не следует, что он существует. Поскольку существование не является частью определения существа единорога, мы не можем делать вывод, что он существует на основании идеи. Напротив, существование, отвечает теист, существенно для нашего понимания идеи Бога, подобно тому как трехсторонность существенна для идеи треугольника. Если у меня есть идея треугольника, который не трехсторонен, это должно противоречить самой идее треугольности. Точно так же, существенным  определяющим свойством Бога является то, что он существует. Следовательно, Бог существует.

Мой ответ на онтологический аргумент таков. Неоплатоники считают, что понятия единорога, треугольника и другие всеобщие понятия существуют в реальности, пребывая в идеальной сфере чистых форм. Наверное, то же самое можно сказать и о Боге, т.е. что он имеет такой же онтологический статус, как и другие идеальные сущности. Но реальность платонических чистых идей можно поставить под вопрос. Она просто постулируется. Разве можем мы сказать, что то, что существует в нашем разуме, с необходимостью пребывает в реальности? Можно отрицать платонический реализм, но настаивать на том, что такое существование применимо только к идее Бога. На это я отвечу: не у каждого есть одна и та же идея «существа, больше которого ничто не может быть помыслено». Идея не является внутренней или врожденной, она не может быть вложена в нас неким божеством, но является только результатом развития культуры. Идея бесконечного существа непостижима: мы можем только догадываться о нем. Смутное понятие определить нелегко. Теист начинает с утверждения, что существование сущностно для имеющейся у него идеи Бога. Утверждать, что существование внутренне присуще идее Бога, значит заранее допускать то, что мы стремимся доказать. Мы сталкиваемся здесь с кругом в доказательстве. У нас нет способа узнать, имеет ли идея Бога внутреннее или внешнее значение. Предложение «Бог существует» является аналитическим, а не синтетическим. Оно является неполным и усеченным суждением, поскольку существовать это не предикат, а только связка. Мы не можем рассуждать о Боге до тех пор, пока не сможем сказать что-то о его свойствах и определить, в каком смысле он существует.

Другой вариант того же самого аргумента начинается с постулирования идеи «совершенного существа». Из того, что у теиста есть идея совершенного существа, он заключает, что оно должно существовать. Если оно не существует, говорит он, то оно менее совершенно, чем я, который существует. Из этого следует, что высказывание о том, что совершенное существо не существует, противоречиво. Тем самым, с необходимостью следует, что оно должно существовать.

Искусственность этого аргумента очевидна, так же как очевидно и то, что его содержание определяется существующей культурой. Например, буддист утверждает, что бесконечное совершенство есть состояние полного ничто или небытия, в котором сущее освобождается от борьбы за существование и пребывает вне и над временным миром. Бог пребывает не в полноте бытия, а на уровне чистого небытия. Тем самым, можно доказывать, что идея совершенного существа влечет за собой его небытие. Каким образом онтологист может доказать ошибочность аргумента буддиста? Суть в том, что мы входим здесь в область умозрительных фантазий, лишенных какого-либо эмпирического содержания. Не существует способа выяснить, почему одна система постулатов и аксиом имеет большее право на существование, чем другая.

В действительности же, следуя тем же самым рассуждениям, мы можем мыслить совершенно противоположный образ божества. У меня имеется идея всемогущего предельного злого, сатанинского существа. Если он всемогущ и предельно зол, то он должен существовать. Если он не существует, то он не всемогущ и высказывание о его существовании противоречиво. Если он предельно зол, то это означает, что способен создать разрушительный хаос, беспорядок и упадок, и энтропию вселенной. Отрицать, что ои способен на это, значит противоречить идее существования всемогущего и предельно злого существа. Из этого следует, что он должен существовать. Тот, кто отрицает этот аргумент, должен отвергать онтологический аргумент, приписывающий всемогущему существу совершенство. Вопрос о том, вмещает ли совершенное существо качества Будды, Христа или Сократа, достигающие в нем космического масштаба, или же оно заключает в себе доведенные до крайности качества Сатаны, Гитлера, Гиммлера и Сталина, никогда не будет доказан, поскольку можно умозрительно защищать как один, так и другой аргумент. В любом случае мы вовлекаемся в обсуждение бессодержательных категорий, выводя из понятий нашего языка запредельные реальности.