Российское гуманистическое общество

www.humanism.ru

Главное меню

Поиск по сайту

Нравственная функция религии

Нравственная функция религии

Наряду с психическими и биопсихическими причинами, имеются и нравственные основания стойкости систем религиозных верований. Хотя в современном человеке благоговение перед Богом или невидимым трансцендентным заметно пошатнулось, религиозные институты сохраняют для многих свою значимость, поскольку предлагают систему правил и заповедей, регулирующих действия человека. Это справедливо но отношению ко всем сектам и культам, к которым принадлежат разные социокультурные группы. Это относится также и к великим религиям, которые дают нам десять заповедей, Нагорную проповедь, добродетели Корана, путь к освобождению в буддизме и т.д. Дает ли религия реальное основание нравственности? Играют ли нравственные правила религий важную биогенетическую роль в борьбе за существование?

Социобиологи полагают, что если различным социальным группам приходится сталкиваться с неблагоприятными обстоятельствами, то им нужны некоторые правила для руководства в этих ситуациях. Эти правила обладают некоторой адаптивной ценностью, и те из них, что коренятся в религии, сакрализуют свои основы и дают человеку чувства обязанности и послушания. Более того, освященные авторитетом системы нравственных правил включаются в процесс естественного отбора внутри вида.

Таким образом, религии — это не просто системы верований; они определяют образ жизни. Они закладывают и регулируют нормы поведения. Они могут управлять отношениями между полами и определяют, какие действия в этой сфере являются благими, а какие — греховными. Это также относится к структуре семьи, где определяются роли отца, матери и детей. Схожим образом, те же правила применяются и к более сложным социальным институтам, особенно тем, которые служат источниками табу или вызывают страхи. Некоторые действия считаются примерами добродетели и благородства, и вознаграждаются как в этой, так и в следующей жизни. Другие же считаются дурными и недопустимыми. За них наказывают смертью, отлучением от церкви, ссылкой, заключением или порицанием. Первоначальное значение термина мораль восходит к слову  mores, который означает нормативные традиции и обычаи в группах совместно живущих и работающих людей.

Вероятно, эти группы с хорошо отрегулированными системами поведения передавали свои традиции от поколения к поколению, так что людям не приходилось каждый раз заново их изобретать. Дети воспитывались в нравственных правилах отцов и дедов, тем самым обеспечивалась преемственность и внутреннее единство, необходимое для сохранения группы. Те индивиды или группы, которые не подчинялись внутренним правилам, не могли выжить, и, следовательно, передать свои генетические предрасположенности будущим поколениям. Таким образом, нравственность, в этом смысле, есть средство адаптации, которая в религии получает божественное обоснование. Есть божественные вознаграждения и наказания, и любовь или страх перед Богом становятся метамотивом нравственных обязанностей и долга в отношении людей. Нравственность — это просто результат творчества человека. Она также — плод божественного вдохновения. Моисей принес с горы Синай заповеди Бога детям Израиля. Они составили священную основу патриархальной политической системы и божественное право Моисея на власть. Именно союз религии и нравственности деляет последнюю выше разума, выводит ее за рамки сомнения. Нравственность выполняет важную социологическую функцию: она устанавливает границы и интегративные узы, которые позволяют группе самосохраияться и функционировать. Поскольку люди — социальные животные, которые не могут существовать вне общества, нравственность также выполняет и биогенетическую функцию.

Все это существенно для понимания положительной роли, которую сыграла религия в истории. Даже если религиозно-нравственный свод правил слишком жесток, он тем не менее обеспечивает некоторый базис для стабильности и порядка и предохраняет от анархии. При подчинении человека традиционным нормам, достигается некоторая доля социального спокойствия и гармонии.

Вместе с тем возникают трудности, которые происходят от того, что мораль слишком тесно связывается с религией. Во-нервых, там, где имеют место социальные изменения, трудно  руководствоваться одной и той же догматической системой правил. Попытка приспособить абсолютные нормы морали к уникальным случаям, особенно тогда, когда необходимо принять нестандартные решения, может оказаться невыполненной. Часто в сфере нравственности речь идет не о выборе между хорошим и плохим, правильным и неправильным, а о выборе между двумя или более хорошими или правильными ценностями или же о меньшем из двух зол. Хотя цельная моральная система может помочь определить права и обязанности людей, она может стать репрессивной, не допуская новых интерпретаций или изменений практик, которые могут оказаться необходимыми. Таким образом, религиозно-догматическая мораль становится препятствием на пути прогресса. Это особенно очевидно, когда такая нравственность сталкивается с альтернативной системой, что неизбежно в истории человечества. Конфликт между конкурирующими нравственными стандартами затрудняет достижение компромисса. Древние греки характеризовали нравственные ценности других народов как «варварские», но и в городах-государствах Эллады обычаи очень сильно отличались друг от друга, что видно в разнице между сводами нравственных правил Спарты и Афин. Участники крестовых походов сталкивались с нравственными идеалами мусульман. Марко Поло сообщал о странных культурных обычаях Китайской империи.

Догматические системы нравственности становятся препятствием на пути углубления человеческого взаимопонимания и контакта, особенно если они носят ограниченный, шовинистический, этнический или национа-диетический характер. Судьей, который в таких случаях решает, где правда, а где ложь, становится меч. Различия в нравственных принципах устра-няются при помощи оружия и борьбы, одна группа стремится навязать свой образ жизни другой, как это пытался сделать Александр Македонский, когда он завоевал Персию, причем в результате все его сторонники подчинились персидскому образу жизни. Со временем появляются системы права, включающие идеи разрешения конфликтов между людьми, определяющие юридически допустимые нормы поведения.

Возвращаясь к вопросу о биогенетических корнях религии, мы можем спросить: влияют ли религиозные институты на процесс эволюции? Ответ представляется положительным, так как большинство религий, особенно древние, де-факто регулировали процесс воспроизводства людей. Интересно, однако, что эти правила воспроизводства были различными. Есть правила относительно детоубийства и абортов. В древнегреческом обществе детоубийство было широко распространено, в то время как христианские и мусульманские общества это запрещают. Вместе с тем, в иудейских и мусульманских обществах, в которых принято обрезание, некоторые младенцы умирали в результате инфекций, получаемых в ходе этой операции. Некоторые религии практикуют церемонии освящения половой зрелости. Некоторые превозносят целибат, целомудрие и невинность; другие допускают больше сексуальных свобод. Христианское и иудейское общества стали моногамными; мусульмане практиковали полигамию. Католические и буддистские священники сохраняли целибат, но и иудейские раввины, и мусульманские муллы, и протестантские духовные лица преумножают род людской. Есть правила, регулирующие развод и бракосочетание. Многие практики были порождены обстоятельствами; например, Мухаммад принимал участие в войнах, в которых было убито много солдат; считалось подобающим для мужчины брать в жены более, чем одну женщину. В Коране можно найти много ссылок на необходимость заботиться о вдовах и сиротах.

Все эти заповеди имели неизбежное влияние на способы воспроизводства людьми себе подобных. Но в религиях заключались правила, которые могли подрывать и подрывали этот процесс. Индусы обычно обмывали тела мертвых в Ганге, что, без сомнения, становилось причиной многих инфекционных заболеваний. Мусульманские паломники на пути в Мекку проходили через жестокие лишения и подвергались болезням, таким как холера. Христиане целовали одно и то же распятие и пили вино из одного ковша, передавая таким образом заразные болезни. Некоторые религии вводили различные табу в отношении болезней, что иногда делало невозможным медицинскую помощь. В течении долгого времени действовали религиозные запреты на вскрытия. Таким образом, если имеются религиозные факторы естественного отбора, то в ряде случаев они были отрицательными.  Развились ли у людей в результате существования религии генетические предрасположенности, сказать трудно, тем более в истории было слишком много разнообразных религиозных форм. Однако Эрнст ван деи Хааг заметил, что религия могла вызвать отрицательный эффект в близкородственном размножении и неблагоприятно влиять на генетический фонд. Католические священники, которые становились учеными, соблюдали целибат, и следовательно, не могли передать по наследству свои интеллектуальные таланты будущим поколениям. Религиозные запреты иудаизма на брак за пределами определенной этнической группы порождали негативные генетические последствия (например, распространение болезни Тэй-Зач (Тау — Sachs disease).

Есть и другой вопрос, который нам нужно затронуть. Он состоит в том, могут ли индивиды освобождаться от нравственных правил, которым подчиняется социальная группа? В истории человечества произошло одно позитивное событие. Оно заключается в отделении этики от религии. Были предприняты удачные попытки обосновать этику как автономное, основанное на разуме поле человеческой деятельности.

Первая была сделана уже древнегреческими софистами. Путешествуя от одного города-государства к другому, они были поражены несхожестью и относительностью нравственного поведения. Люди поклонялись разным идолам и свято руководствовались разными нравственными ценностями. Странствующие учителя заметили это разнообразие и поставили под сомнение сверхчеловеческий характер морали. Фрази-мах, Калликл, Горгий, Протагор и другие видели, что понятие о добродетели зависело от общества, в котором оно возникло, что часто ее трактовка исходила от правящей элиты. Софисты скептически относились к нравственным стандартам. Они проповедовали эгоизм как искусство преуспевания, в сущности, умение заводить друзей и оказывать влияние на людей. В противовес этому, Сократ и Платон пытались установить новую сферу этики, такую, которая не была бы основана просто на общем договоре, но которая имела бы некоторое основание в естественном законе. Они также стремились развенчать мифы как ложную и ханжескую основу для нравственного поведения. Заключались  ли нравственные идеалы — благо, добродетель, красота, истина, справедливость — в природе самих вещей, как спрашивал Сократ, и могут ли они служить основой наших действий?

Аристотель продолжил это исследование в «Никомаховой этике», проведя эмпирическое расследование, основанное на практическом разуме. Что есть благо, спросил он, и как мы можем достичь счастья? Он разработал метод рационального анализа сферы морали. С тех пор философы многократно указывали на то, что этика может быть основана на разуме. Ее не нужно привязывать к повседневным привычкам или религиозным доктринам. Если свод моральных правил в своей основе имеют социальную функцию, отвечающую природе человека, то нет никакого резона в божественном обосновании того, что возникает в жизни естественно и само собой. Человек всегда — и вопреки господствующим религиям — стремился на рациональной основе установить условия своего счастья и оценить нравственное поведение согласно его последствиям. Действие считается хорошим, если оно служит максимальному счастью людей или приносит минимальные страдания. Как показал Кант, есть стандарты справедливости, которые могут быть обоснованы независимо от каких-либо теологических аргументов. Нравственное сознание имеет свои земные источники. Сопереживание и альтруизм — важные истоки нравственного поведения. Это, конечно, не отрицает того, что системы религиозных верований выполняли нравственную и социальную функции, и часто выполняли их очень эффективно. Вместе с тем, человечество переросло свой теологический возраст. Из хранилища нравственности, религия превратилась в препятствие на ее пути. Так как нравственность, основанная на жестких социальных обычаях и религиозных авторитетах, может быть препятствием на пути прогресса человечества, возникает потребность в ее постоянной модернизации и применении критического анализа для решения моральных проблем человечества.