Российское гуманистическое общество

www.humanism.ru

Главное меню

Поиск по сайту

Путь к себе

ПУТЬ К СЕБЕ

 

Каковы первые шаги человека к своему Я и окружающей его внутренней, психологической, интеллектуальной, моральной свободе, как увидеть то «место», где обитает наше Я, и тем самым обнаружить его? Они, эти шаги, очень просты и часто совершаются нами, но дело в том, что начальными и потому недостаточными движениями обычно и ограничиваются. Сделав шаг или два в направлении к себе, человек возвращается назад в свое рабское состояние, в состояние запрограммированности, погруженности в идеи, потребности, ощущения, привычки, в свои зависимости от тела и далее – от бесконечно многообразной вне него лежащей предметной и культурной действительности.

Обретению человеком самого себя посвящена огромная психологическая, философская, художественная литература. Поэтому я, возможно, не скажу ничего принципиально нового, разве только постараюсь показать необходимость смелого и радикального различения и даже разрыва, установления дистанции свободы Я по отношению к содержаниям нашего внутреннего мира, наших привычек, стереотипов. Иначе говоря, акцентирую вопрос на психологии «возвращения» Я самому себе и о безопасных отношениях между Я и тем, что находится как бы вне его, т.е. идеями, потребностями и т.д.

Первые шаги на пути к себе и в самом деле просты. Во-первых, нужно приблизиться к себе, быть в себе[1]. Это значит догадаться, спохватиться, вспомнить, что это я, что все, что происходит в жизни так или иначе происходит со мной, что это я живу, встаю по утрам с кровати, умываюсь и отправляю свои естественные потребности, иду на работу и т.д.

Во-вторых, нужно узнать, услышать, увидеть себя как себя. В психологии это называется «совершить акт самосознания», т.е. направить сознание не на окружающее, даже не на свое настроение или мысли, и именно на себя. Акт самосознания весьма важен и плодотворен. Он означает рождение еще одного слоя внутреннего мира – самосознания, но сверх того – он помогает нашему Я проснуться, высветиться, как бы возникнуть, потому что в акте самосознания возникает личность. Нет, не рождается, а именно выходит, будто из-за кулис, является самой себе. Она была и раньше, была всегда, но не являлась, не показывалась даже себе, как бы странно это ни звучало. Такое событие – явление личности самой себе в результате акта самосознания – можно назвать конституированием, установлением Я или переживанием человеком своего личностного начала. Это, теоретически говоря, первая встреча Я с самим собой. Практически мало кто может вспомнить и описать первую такую встречу. Она может быть настолько мимолетной, мгновенной, что остается не осознанной и не запомнившейся.

Следующий, третий шаг, состоит в том, что называют самоидентификацией. С идентификацией мы сталкиваемся довольно часто: когда предъявляем пропуск при входе в учреждение, когда называем свою фамилию в районной поликлинике, когда нас останавливает милиционер и просит предъявить паспорт. Цель этих действий – узнать вахтеру, регистратору, милиционеру, что я – это я. Они сравнивают мое лицо или информацию или произнесенную мною фамилию и место жительства с каким-нибудь документом – паспортом, пропуском или медицинской картой и в случае сходства данных считают, что я – это я, а не кто-либо другой.

Но чем отличается идентификация от самоидентификации? Ответ лежит на поверхности: в последнем случае происходит узнавание, обнаружение, установление себя собой. Здесь нет никакой зауми. Хорошо известны случаи, когда люди оказываются на грани безумия, когда начинают сомневаться они ли это на самом деле или нет, когда они теряют чувство именно своего существования и с ужасом начинают думать: Да я ли это? Да со мной ли все это происходит?..[2]

От инстинктивного чувства принадлежности самому себе акт самоидентификации отличается тем, что он происходит в сознании, в ходе рефлексии, как процедура самосознания. Ее творческий характер, как отмечалось, состоит в том, что мы получаем здесь то, чего у нас не было прежде – самосознание. Теперь человек не только думает, но и в состоянии думать о том, что это он думает, он может мыслить о мысли, о себе как о чем-то особенном, он может осуществлять самоконтроль и самонаблюдение не только на уровне чувств и инстинктов, но и на уровне сознания, разума.

Самоидентификация только с первого взгляда или на бумаге кажется простой и естественной. Человеку слишком часто трудно или даже невозможно идентифицировать себя, зафиксировать себя в своем сознании или чувстве идентичности. Этому мешают прежде всего внешние обстоятельства жизни, которые требуют к себе внимания, требуют усилий, воли, напряжения – и тем самым отвлекают нас от нас самих. Особенно если это связано с удовлетворением наших потребностей в пище, воздухе, свободе, отдыхе, сексе, сне и т.д. Все эти усилия не предполагают самоидентификации, это в основном потребности плоти и нашей эмоциональной природы. Но среди них есть близкие к центральным областям внутреннего мира. Я имею в виду свободу и познание, точнее – потребность быть свободным и потребность познавать в этой свободе, в особого рода центростремительной свободе, свободной от всего, что лежит за сферой человеческого Я.

Свобода имеет сложную природу. Ее универсализм, разнонаправленность означает, что есть не только свобода моего личностного и автономного существования, но и свобода как воля к любви, удовольствию, физическому комфорту и т.д. Сказать, что это второсортные виды свободы нельзя. У нас нет четких критериев качеств или приоритетов направленности свободы. Тем не менее, ясно – свобода как воля к жизни плоти, свобода нашей жажды объективного бытия имеет лишь косвенное отношение к личностному началу человека. Столь же амбивалентна роль познания в жизни человека. Человек, как сказал С. Лем, обречен на познание. Но можно сказать, что познание – это тот дар, который делает человека человеком. Пути познания многовекторны. Есть и нисходящие его пути, когда человек обуреваем познанием зла, жестокости, боли и страдания, т.е. изнанкой бытия мира. Познание почти целиком может быть направлено на объекты, и тогда в объекты могут превращаться и люди, и сам познающий. Может происходить и деградация познания до животного любопытства или жажды зрелищ, что в социальном плане становится признаком разложения культуры, а в индивидуальном – разложения человека.

Природа мира, требующая к себе внимания и предполагающая усилия, вовлеченность для вживания и выживания в нем, не единственный фактор отвлечения на пути человека к своему Я. Тормозом на пути самоидентификации служат многие социальные несовершенства человеческого рода: бедность, насилие, несправедливость, различного рода подавления свободы и достоинства человека, жесткие формы социальной конкуренции, войны, культы зрелищ и хлеба и т.д.

Но самоидентификация бывает трудной и ввиду внутренних препятствий. К ним относятся и определенные врожденные особенности людей. Экстраверты едва ли так склонны к рефлексии и обнаружению самих себя, как интроверты. Имеет значение и уровень воспитанности и образованности. Равнодушие к себе часто результат примитивного образа жизни и культуры. Имеют значение и разного рода фобии человека перед самим собой.

Но как бы там ни было, если самоидентификация свершается, то она открывает двери целой цепочке последующих процедур или шагов Я навстречу самому себе.

Прежде всего это значит, что (в-четвертых) мы можем перейти к самоопределению. Это важное действие имеет целью провести демаркацию, границу между самим собой и всем остальным, установить границы своего существования, своих возможностей, своих потребностей, целей. И хотя они динамичны и трудноуловимы, с некоторой долей огрубления мы обычно можем сказать о пределах нашей деятельности, ресурсов, целей и т.д.

Осуществление акта самоопределения можно сравнить с инвентаризацией того, что у нас есть и того, что лежит на границе и за границами нашего существования, плоти, сознания, желаний, надежд. Самоопределиться – значить оглядеться внутри себя и вокруг себя, собраться, обозреть и осмыслить то, что у нас есть, подумать о том, чего у нас нет, что нам нужно и т.д. Но все-таки главное в самоопределении – установление демаркации между Я и не-Я.

Самоопределение – такое движение мысли, которое невозможно без ощущения личностного начала человеком, т.е. без самоидентификации. Самоопределяются не вообще, а вокруг какого-то центра, в данном случае вокруг Я. Самоопределение означает обретение своего рода самостоятельности.

Недаром в политике слово «самоопределение» связано с получением той или иной общностью людей статуса независимого государства. Известно, что нормы международного права признают самоопределение в качестве одного из основных прав наций. И тем более таким правом обладает каждый индивид.

Таким образом, самоопределиться – это для человека и право, и обязанность, и возможность осознать свою ответственность за себя и свои действия. Ведь если ты самоопределился, значит и отделился от кого-то или чего-то, установил границу или предел, за которым уже не ты, а кто-то или что-то другое. Вместе с тем ты знаешь теперь границы своих собственных владений, покушаться на которые никому не дано.

Так что самоопределение далеко не простая интеллектуально-психологическая (лучше сказать жизненная) операция, в результате которой человек оказывается в принципиально новой ситуации, открывающей как новые возможности, так и то, что лежит за границами этих возможностей.

Но самоопределение – это только начало движения к Я. Предстоит проделать довольно большой и захватывающий воображение путь, прежде чем мы с достаточной полнотой и конкретностью опознаем себя, свое Я не только как центр или стержень нашего существования, но и как уникальный ресурс жизнетворчества, динамизма, полноты жизни и счастья.

Как бы ни было значимо самоопределение, у него есть недостаток, говоря точнее, одного самоопределения далеко недостаточно, чтобы быть зрелой личностью. Ведь самоопределение – это самоопределение и ничего больше. На одном самоопределении далеко не уедешь и ничего не сделаешь. Оно – лишь условие для дальнейших шагов к самому себе. Конкретно, оно условие для самоактуализации.

Это значит, что мы дошли до пятого пункта цепочки процедур, ведущих нас к самим себе.

Если, образно говоря, до самоопределения ты представлял собой кучу больших и малых деталей вперемешку с вещами, тебе не принадлежащими, то в ходе самоопределения ты как бы собрал себя, привел в порядок и вместо беспорядочно разбросанных «вещей» получился довольно симпатичный и вполне нормальный индивид, так или иначе отличающий себя от всего другого. Но этот индивид подобен еще не отлаженному механизму.

Самоопределение предполагает обстоятельность, системность, осмотрительность, неторопливость. Здесь спешить нельзя, потому что нельзя ничего утерять в себе, не заметить или не обратить внимание на что-нибудь тебе принадлежащее. Но вслед за этим нужны процедуры, в чем-то напоминающие пуско-наладочные работы, т.е. самоопределившемуся индивиду нужно привести себя в рабочее, в деятельное состояние. Здесь уже недостаточно одной сборки (самоопределения), и взгляда на себя как на целостность, мало определить свои возможности, дарования, качества, способности и т.д. Нужно – и это на данном этапе самое главное – довести до готовности к действию свои жизненные ресурсы, свой потенциал и мощь, задать направления их реализации. Это, если угодно, выход на стартовую позицию, когда ты уже чувствуешь, что готов к действию, что ты «заряжен» и ждешь, когда будет нажат спусковой крючок. Самоактуализация – это готовность к старту.

Мы все способны самоактуализироваться, но далеко не каждый из нас умеет хорошо это делать. Чаще всего мы прибегаем к внешним средствам, чтобы «завести» себя, взбодрить или даже расшевелить себя. Но умение самоактуализироваться – это нечто особое.

Во-первых, оно естественно имманентно, т.е. внутренне присуще человеку как его естественная возможность и способность (как, впрочем, и все другие, рассматриваемые здесь процедуры и умения). Оно не требует для себя ничего внешнего и искусственного. Здесь все зависит от меня самого, и оно, это умение, всегда при мне, всегда со мною.

Во-вторых, самоактуализация – это процедура моего собственного, в первую очередь потенциального, «возможностного» роста, самовозрастания как человека разумного, рефлективного, энергичного, обладающего самосознанием и доброй долей решимости.

И, тем не менее, самоактуализация не цель и не средство, а один из промежуточных этапов стать собой, этапов становления человека как личности. Самоактуализация – это состояние готовности, высокая потенциальная энергия самоидентичной, рефлексивной и самоопределившейся личности. Это состояние подобно состоянию натянутой тетивы лука, готовой своей энергией запустить стрелу в цель. Таким образом, нужен «запуск», необходим переход к действию. Применительно к процессу становления человека это – теперь уже шестое – действие называется самореализацией.

Действительно, логика, ведущая к этому акту, вполне самоочевидна. Всякая готовность к действию естественно рано или поздно должна завершаться самим действием. (Мы оставляем в стороне случаи, когда это действие не происходит ввиду изменившихся обстоятельств или сама готовность к действию имеет деструктивную, противозаконную или аморальную направленность.)

Самореализация – это действие изнутри, высвобождение интеллектуальной, психической и физической энергии. Это такая деятельность, которая развертывается на базе возможностей, потенциала, способностей и дарований личности, по ее собственной свободной инициативе, деятельность вполне осознаваемая и контролируемая.

Многие из нас считают самореализацию важной, если не важнейшей задачей своей жизни. Не реализовавший себя человек может считать себя неудачником, человеком несостоявшимся или даже несчастным существом. Мы чаще всего с восхищением или уважением говорим о тех, кто «состоялся», реализовал себя, полагая при этом, что человек этот счастлив или может считать себя счастливым. Некоторые считают самореализацию, личностный рост высшей целью своего жизненного пути, той вершиной, на которую люди восходят всю жизнь и, делая это, они созидают себя, свое благополучие и счастье.

Трудно спорить с таким пониманием самореализации. Но если подвергнуть термин «самореализация» строгому анализу, то открываются проблемы, не видимые с первого или некритичного взгляда на этот феномен.

В самом деле, что значит самореализация? Это значит, что Я реализует Я, т.е. в буквальном смысле самореализуется. Я совершает некоторое самостоятельное действие, смыслом, содержанием и целью которого является само действие этого Я, которое оно сознательно производит. Я двигает собой – вот что такое самореализация. Что, по существу, происходит в этом акте? По сути, ничего. Я остается Я. Произошла вспышка, выброс энергии «внутрь», Я двинуло собой. Как если бы оно крутанулось на месте. И всё. Как если бы мощный грузовик, новенький, заправленный топливом, работающий как часы замечательно проделал круг по гаревой дорожке и остановился, победоносно сверкая своей чистотой и совершенством.[3]

Чего-то здесь не хватает. Что-то здесь не так!

Говорят, когда Виктора Франкла спросили, что значит самореализация, он привел пример австралийского аборигена, запускающего бумеранг для развлечения туристов. Бумеранг, заметил при этом Франкл, возвращается. Что это значит? Это значит, заключил он, что бумеранг не попал в цель.

По своему точному смыслу самореализация замкнута, бессодержательна, тавтологична. Она – пустое повторение, проявление Я самим собою в себе. Но разве мы к этому стремимся и это имеем в виду, говоря о самореализации? Видимо, нет.

Говоря о самореализации, мы безотчетно включаем в нее что-то сверх того, что она значит сама по себе. Мы подразумеваем некое содержание, реальности, выходящие за пределы Я, не входящие в нее. Или напротив – возникновение, обретение в ней того, что у человека изначально не было.

Вот здесь мы подступаем к самому главному и скорее всего самому трудному для понимания. Если самореализации недостаточно, то каким должен быть следующий шаг личности, чтобы мы с полным основанием могли сказать, что обрели себя в максимально возможной полноте и подлинности?

Все, о чем мы говорили до этого, касалось внутреннего мира личности, ее бытия в себе, внутренней рефлексии (акта самосознания), самоидентификации, самоопределения, самоактуализации и самореализации. В этой последовательной череде процедур происходило прояснение человеком самого себя для самого себя. Он познавал самого себя и производил психо-интеллектуальные действия по освоению себя как данности. В сущности, при этом ничего не творилось, а лишь усматривалось, обнаруживалось, упорядочивалось, запускалось в действие, отлаживалось, налаживалось и т.п. Происходил ли при этом рост личности, ее развитие? В принципе, да. Но этот рост и развитие осуществлялись за счет внутренних ресурсов человека, человек не переступал своих собственных пределов и границ и ничего не добавлял к себе извне себя. Этот рост и развитие оказываются здесь самовозрастанием и саморазвитием, а в конечном счете – самообладанием.

Ну что же, тогда скажем, что мы стали собой, добились своей цели, прибыли на конечную станцию и можем пребывать в своем подлинном бытии, в состоянии довольства, счастья и успокоенности. Ведь мы этого хотели – познания, становления и обретения себя – и мы этого достигли.

Так вот, что же здесь не так?



[1] «Быть в себе» противоположно состоянию «быть вне себя». Выражения «выйти из себя», «быть вне себя» означают для нас такое состояние крайнего возбуждения мыслей (идей), чувств или переживаний, от которого человек теряет не только эмоциональный, но и интеллектуальный или физический контроль над собой, своим разумом и телом. Это состояние можно назвать «безумием» идей, когда они становятся открыто диктаторскими, экстремистскими, яростными и насильническими. Устраивая цунами в нашем внутреннем мире, они вовлекают в этот вихрь и само Я человека, вокруг которого уже ничего не вращается. Напротив, его самого уже носит в хаосе идей, мыслей и чувств. Но это состояние экстремальное. Хуже то, что мы плохо понимаем, что, даже не считая, что мы «вне себя», мы не у себя дома, не в себе, мы, как правило, пребываем в незаметном рабстве, в рабстве, не отмеченном буйном поведением содержаний нашего внутреннего мира. Основание нашего спокойствия – безотчетная уверенность, что «наши» идеи, убеждения, привычки, потребности, эмоции и т.д. хороши, правильны, естественны, уместны, истинны, что они все сделают правильно, нужно только довериться, отдаться им. Поэтому, в конечном счете, нет принципиальной разницы в состоянии буйного или спокойного рабства. Зависимость есть зависимость, и тихое помешательство не лучше буйного, но даже, как говорят специалисты, безнадежнее.

[2] Засомневаться в себе достаточно легко. Если в силу стечения обстоятельств мы вдруг начинаем делать ошибку за ошибкой, или когда нас начинают посещать неведомые ранее ощущения и переживания, пусть даже, как мы можем вскоре убедиться, и легко объяснимого характера, то начинает «шататься» не только устоявшаяся в нас картина действительности, но и сами мы «выходим из себя», теряемся.

[3] Кстати, образ часов здесь как нельзя кстати. Что делают часы? Они «самореализуются», если отвлечься от факта, что свою энергию они получают извне. Они просто идут, ходят. Куда? Никуда. Почти все в них «ходит по кругу». В них все время происходят одни и те же кругообразные движения. При этом они почти идеальный пример самоактуализиции. Но если для хорошо отлаженных механизмов оценка «ходят, как часы!» и справедлива, то в отношении человека она едва ли уместна.