Российское гуманистическое общество

www.humanism.ru

Главное меню

Поиск по сайту

4. Здравый смысл

 

4. Здравый смысл

Золушкой русского интеллектуализма он был, как кажется, всегда. Сторонники таких изощренных методов познания, как диалектическая логика, трансцендентализм, герменевтика, феноменализм, феноменологизм, антиномический монодуализм, не говоря уже об ирра- ционалистах и мистиках, для которых разум есть безумие перед Богом, считают здравый смысл наивным, некритичным, поверхностным, ненадежным и т. д. Но мало кому из них приходило в голову обращать серьезное и доброжелательное внимание на сущность, природу здравого смысла. Дело обычно сводилось к высмеиванию его логических или [121] сенсорных ошибок, его границ.

Даже на уровне обыденного сознания область его существования подвергается постоянной экспансии. Она аннексируется религией оккультизмом, ворожбой, гаданием, сенсациализмом, заявлениями о паранормальном, «нетрадиционными» способами лечения, худения обучения и т. д. Словом, врагов и конкурентов у здравого смысла более чем достаточно. Понять и объяснить эту экспансию и аннексию легкое психологической и с коммерческой точек зрения. Ведь потребность в необычном, тяга к неизвестности и загадочности, к непонятному — естественная черта человека. Но там где есть потребность, спрос, там есть и предложения, в том числе и коммерческое. Но от нас не должна скрадываться постоянная и реальная угроза здравому смыслу. Особенно тех людей, у которых способность .к нему невелика от природы. Поэтому мне не остается ничего иного как высказать похвалу здравому смыслу.

Мне нравится выражение «здравый смысл». Оно ассоциируется у меня с представлением об интеллектуальном, душевном, психическом здоровье. Его действие представляется мне подобным нашатырному спирту или холодному душу.

Когда в обычной жизни, а не, скажем, в театре или в особой, пограничной ситуации, мы теряем здравый смысл, то это значит, что мы начинаем делать глупость, ошибаться, становимся беспомощными и манипулируемыми. Здравый смысл — это не научный и теоретический феномен. Это одно из качеств нашего обычного поведения и поступка, некий общий, скорее естественный, чем благоприобретенный фон наших оценок, выборов и решений в самых разных жизненных обстоятельствах. «Общим чувством» называл его еще Аристотель. Очень часто он становится нашим единственным спасением, убежищем, территорией нашей безопасности, если только мы успеваем вспомнить о здравом смысле. Когда дело зашло слишком далеко, и поток совершаемых нами ошибок со все большей очевидностью угрожает нам, тогда мы можем воскликнуть: «Да ведь в этом нет ни грамма здравого смысла! Ведь это противоречит здравому смыслу!» Это заявляет о себе не просто наш здравый смысл, но само наше существо, когда оно вспоминает о себе в ситуации большей или меньшей угрозы своему благополучию и существованию.

Это свидетельствует о глубоких корнях здравого смысла, о его естественности в человеке, прирожденности ему.

С формальной точки зрения, словосочетание «здравый смысл» означает «здравое» суждение, мысль, идею и т. д. Однако смысл «здравого смысла» глубже, поскольку под этим выражением [122] подразумевается не просто «здравость» (истинность, верность) наших мыслей и умозаключений, а сама способность человека, качество его ума, разумность его природы. По Далю, здравый смысл — это «способность пониманья, постиженья, разум; способность правильно судить, делать заключенья... Здравый, обиходный смысл, толк, рассудительный отчет в делах своих или способность обсуждать причины и правильность действий, рассудок».

Здравый смысл близок понятию практической, житейской мудрости. Это своеобразная смышленость, рассудительность. Наверняка здравый смысл не простое проявление рациональности, разумности человека. К нему имеют прямое отношение и чувство и интуиция. Здравому смыслу трудно научиться из книжек, легче по опыту обрести его как практическую мудрость. Здравый смысл можно оценить скорее всего посредством освобождения этого естественного качества человека от многих негативных наслоений, мешающих его естественному развитию. Я имею ввиду такие заглушающие здравый смысл качества людей, как тщеславие, честолюбие, нигилизм, легкомыслие, неосмотрительность или неосторожность, интеллектуальный снобизм, опрометчивость в суждениях и поведении. Встроенность здравого смысла в нашу сущность дает ему возможность проявляться и на уровне чувств, разума и интуиции, и на уровне инстинкта или элементарных практических действий. Замечательные пословицы приводит в этой связи Даль: «Дело делать, так дело смыслить. Золотые руки, все смыслят, да рыло поганое, все портит». Здравый смысл транссубъективен, общечеловечен, поскольку в каждом человеке при схожих обстоятельствах он — как внутренний голос или чувство — говорит ему примерно одно и то же. Одинаковость того, что он говорит нам в каждом из нас обеспечивает людей очень важной возможностью «здравым» образом общаться друг с другом, понимать друг друга, договариваться друг с другом. Не случайно в английском языке синонимом русскому «здравый смысл» является выражение «common sense», буквально «общий (обыкновенный, общепринятый) смысл». Как общее, точнее общественное явление здравый смысл неистребим, однако, именно он старательнее всего оттесняется на задворки культуры, средств массовой информации, политики и даже экономики. Публичная защита здравого смысла — самое неблагодарное дело, кажущееся банальным и скучным для «потребителей» и заведомо разорительным для производителей, «поставщиков» и «торговцев» этим товаром. На защите и культивировании ценностей здравого смысла или его как такового не заработаешь ни бешеных денег, ни бешеной славы. Здравый смысл — это чернорабочий духа и разума, а не гений [123] какой-нибудь дианетики, абсолютной магии или колдовства. В нем нет ничего экзотичного и сверхординарного. Ему больше свойственна мера постоянство и гармония. И он действительно как будто заземлен, уравновешен, не слишком эксцентричен. Ведь даже наша надежда, любовь и вера редко жалуют его своим вниманием, редко обращаются к нему за помощью. Но именно он, здравый смысл безропотно и исправно служит нам 24 часа в сутки. Он всегда начеку, он служит нам невидимой но мощной опорой на работе и в дороге, в науке и воспитании, в торговле и производстве, в семейных отношениях и в дружбе... Он служит всегда и всем — и ребенку, и спортсмену, и религиозному проповеднику, и прорицательнице судьбы. Когда последняя стремится к серьезному успеху и популярности, она не раскладывает на своем столе карты или предметы эзотерического ритуала, а идет к банкиру, в рекламное агентство, в другие, отнюдь не мистические инстанции, чтобы получить как минимум, консультацию у специалистов в области финансов, торговли, услуг, маркетинга и менеджмента, рекламы, психологии, психолингвистики и т.д. Она идет туда отнюдь не как ясновидящая за мистическим и столь же экзотическим прорицанием, а как человек здравого смысла к людям здравого смысла. Так де-факто, спонтанно и естественно признают жизненную важность здравого смысла. Де-факто, по- домашнему и стыдливо признают его и те, кто считает себя знатоком и выразителем сверхъестественного, мистического, божественного, сатанинского, колдовского, астрологического, паранормального, «высшего», «запретного» и т.д.

Здравый смысл — это не посредственность и тем более не глупость. Вот почему не следует соглашаться с людьми, которые говорят, что культ здравого смысла — это культ посредственности и середины, пошлости и скуки. Так говорят наши глупость и легкомыслие, лень разума, снобизм, самозабвение, истерия, фанатизм, одержимость и другие состояния эксцентричности, в которых человек выходит из себя, покидает свое самое главное и основополагающее. Здравый смысл, конечно, не должен быть культом, и если даже попытаться (вопреки всяким экономическим расчетам) создавать его, то этим будет заниматься отнюдь не здравый смысл. Гуманистическое мышление в состоянии оценить достоинства этого человеческого качества. Здравый смысл имеет прямое отношение к человечности, поскольку является одним из конкретных выражений самоуважения и позитивного самосохранения человека. Здравый смысл — это ценность и один из краеугольных камней адекватной жизнеориентации, действия, поведения и общения, взаимопонимания и сотрудничества. [124]