Российское гуманистическое общество

www.humanism.ru

Главное меню

Поиск по сайту

Любовь

 

Любовь у всех на устах. О ней говорят и дети, и старики, и поэты, и проповедники. Она — неизменная тема нашего воображения литературы и всех других жанров искусства. Она — энергия многих деяний человека. О ней написаны эвересты поэзии, горы философских и религиозных трактатов. Почему именно любви так жаждет человек?

Почему любовь заставляет так много думать и говорить о себе? Почему она вдохновляет человека на самые разнообразные невероятные по дерзости и успеху и противоположные по своей направленности деяния?

Трудно назвать область проявления человека, в которой любовь не могла бы присутствовать в качестве стимула, вдохновения» движущей силы. Под ее влияние подпадают все области человеческой жизнедеятельности она обнимает собой то, что само по себе кажется несовместимым, секс и религиозный экстаз, самопожертвование и насилие, романтическое воображение и научное познание, добро и зло, красоту и уродство. Даже сама жизнь и смерть могут быть пронизаны одной и той же способностью человека — любовью, этим на редкость ярким и универсальным человеческим качеством. Нет такого предмета или явления, которое заранее исключалось бы из сферы экспансии любви. Все это указывает на то, что любовь коренится в самих основах человеческого существа, и, скорее всего, является одной из основных форм бытия человека как потребности и стремления, как самого качества человека быть, стать, обладать и реализовывать, воплощать себя. Поэтому любовь — это экстатическое стремление и экспансия и с целью обладания, и с целью самоотдачи, и во имя власти, и во имя подчинения, покорности. Как таковая, «чистая» любовь не существует. Если у нее нет для себя реального объекта, она обращается к воображению и фантазии человека и легко получает то, чего желает. Вместе с тем, вне зависимости от своего предмета, она всегда спонтанна и свободна в своем становлении и устремленности. Все эти признаки любви указывают на ее укорененность в нейтральной области человеческих качеств. И это же означает, что она является ценностью там и тогда, где и когда интегрируется с гуманностью. Гуманизм дает возможность совершить взвешенную и реалистическую оценку любви, максимально широко взглянув на полюсы ее реализации и результатов.

Мы склонны идеализировать любовь. Может быть, потому, что инстинктивно боимся ее отсутствия в нас «вообще» — поскольку это обычно расценивается как несомненный порок, недостаток человека. Впрочем, народное сознание умеет различить все оттенки любви — от розового до черного: «Нет выше той любви, как за друга душу свою [198] полагать», «Кого люблю, того и бью» (Даль). Можно вспомнить еще и такую поговорку: «Любовь зла, полюбишь и козла». Но реализм, широту взгляда на любовь не всегда демонстрируют философы: «Любовь — нравственно-эстетическое чувство, выражающееся в бескорыстном и самозабвенном стремлении к своему объекту» (Философская Энциклопедия. Т. 3. М., 1964. С. 265). Любовь не всегда связана со стремлением к обладанию и/или самоотдаче.

Существует любовь и существуют идеалы любви, которые, как полагают гуманисты, в любом случае должны быть человечными и по содержанию, и по путям их достижения. Как бы ни сложно было порой согласовать и соединить нашу любовь с разумом, уважением, ответственностью, доброжелательностью, терпимостью и свободой, мы просто обязаны стремиться к этому во имя того, чтобы это была человеческая, жизнеутверждающая, созидательная, добрая и истинная любовь. Не случайно у Даля отмечено: «Союз истины и любви рождает премудрость».

Среди преобладающих в нашей жизни типов любви — половая (эротическая) любовь, любовь к своим родителям, детям, родным и близким, любовь к себе, к каким-то особенно притягательным (любимым) видам деятельности, любовь к прекрасному, возвышенному, благородному и истинному, т.е. к тому, что составляет для каждого из нас область должного и идеального, служащего нам плацдармом и убежищем нашего чаемого и желанного подлинного существования. Каждый из этих типов любви — яркая гуманистическая ценность, позволяющая человеку реализовать себя позитивным и жизнеутверждающим образом.

Особенно значима для жизни половая любовь. В половой любви могут получать свое воплощение едва ли не все позитивные человеческие качества. Чем богаче, чем человечнее половая любовь, тем сильнее и прочнее это чувство. Естественное предназначение любви-эроса состоит в интимном, восторженном, захватывающем радостном и таинственном соединении мужчины и женщины, творческим и не менее таинственным, великолепным и радостным результатом которого является новая человеческая жизнь. Такова изначально созидательная сила любви. Но это вовсе не значит, что половая любовь возникнет только из-за потребности в деторождении. Существует относительно самостоятельная ценность любви как эроса, как потрясающего удовольствия, особенно близкой и проникновенной формы общения и как одного из фундаментальных благ в жизни человека. Половая любовь — это особая субкультура, к которой гуманизм относится со всей чуткостью и вниманием. Заблуждаются те, кто видит в интимном соединении [199] мужчины и женщины только тип невроза или реализацию живот, пых бессознательных инстинктов и влечений. Человеческий половой акт может быть обогащен, и он действительно обогащается многими интеллектуальными, нравственными и эстетическими ценностями. Для эроса важна не мистика, а владение психологией секса, знание, ум, развитая половая фантазия и техника, умение «дирижировать» своими мыслями и чувствами, быть способным вовремя глубоко и страстно нырять в иррациональные бездны эротического экстаза. Иными словами, гуманизм высоко ценит эрос и усматривает в нем один из важнейших способов реализации человеческой гуманности и человеческих ценностей. Сфера пола — сфера творчества и творческих отношений, совершенствоваться в которой можно до бесконечности. Но сфера половых отношений — это и сфера такого рода межличностного общения, в котором могут и должны сохраняться и уважаться определенные свободы и права человека, в том числе и его потребности и права на чадозачатие и рождение ребенка.