Российское гуманистическое общество

www.humanism.ru

Главное меню

Поиск по сайту

Противоположность между скептиком и верующим

Противоположность между скептиком и верующим (вместо предисловия)

Вопрос о смысле бытия возникает в каждую историческую эпоху. Существует ли какая-либо цель человеческого существования, имеет ли мироздание какой-то скрытый или божественный исток? Фактически в любой период истории люди пытались ответить на вопрос о своем происхождении и природе, решить, конечна ли их человеческая жизнь или им дано божественное обещание вечности. Водораздел проходит между двумя противоборствующими взглядами на глубинную природу реальности и назначение человека во вселенной. Сторонники практической точки зрения называют себя эмпириками, рационалистами или научными скептиками. Они с сомнением относятся к утверждениям о божественности вселенной. Ранее они считались атеистами или агностиками, сегодня их называют секулярными гуманистами, и они жестко критикуются верующими, приверженцами трансцендентного и религиозного мировоззрения. Первые стремятся жить в реальном посюстороннем мире; они пытаются понять его на основе логики и опыта, направляют свои планы и действия на то, чтобы сделать его лучше. Им противостоят те, кто не удовлетворен земной реальностью и стремится сбежать в воображаемую действительность. Будучи не в состоянии ужиться с окружающим их миром, они считают его ничтожным; они тоскуют по более глубоким, мистическим истинам, живут обещаниями или надеждами на существование невидимого измерения действительности.

Научный рационалист скептически относится к общепринятым мифам. Он убежден, что господствующие религии откровения суть не что иное, как мифологические предположения, полные напрасных надежд и ложных иллюзий. Эти религиозные фантазии вызваны страхом человека перед неопределенностью своего смертного существования, они отягощают хрупкие людские души, которые стремятся найти в своих мечтах какое-то избавление от превратностей судьбы. Здесь-то и сокрыты мотивы, которые питают религиозные устремления. Кьеркегор отметил парадокс: чем абсурднее требование, тем величественнее мечта, чем менее правдоподобно таинство, тем глубже преданность верующих.

Сегодня, как и в прежние времена, мы обнаруживаем конфликт в человеческой психике: наука противостоит религиозным доктринам, всеобщим опытом подтверждаемый мир — миру мечты, знание факта — романтическим предрассудкам, решимость быть хозяином своей судьбы — стремлению вверить свою жизнь провидению всевышних сил.

Раны человеческой цивилизации глубоки. В некоторых культурах господствует культ вечного, их люди, подчиняя ему свои земные жизни, навсегда обращены к служению потустороннему. Существует противоположность между ученым и мистиком, философом и теологом, самостоятельным деятельным человеком и слепым последователем, тем, кто стремится к обоснованному знанию, и предсказателем, независимой личностью и зависимой душой.

В известном смысле эта раздвоенность нашей природы отражена в культуре и никогда полностью не может быть преодолена; как только ее удается снять в определенный исторический период, она возникают в следующую эпоху, часто в более резко выраженной, хотя и иной форме. Причина этого заключена в двойственной природе человека — ноги его упираются в землю, но одаренная богатым воображением душа стремится к небесам волшебной ирреальности. Подавленный бренностью обыденного существования, он стремится сбежать в другой мир.

Сегодня подобная дихотомия существует между учеными и парапрактиками, научным анализом и иррациональным выплеском «суперзнания», миром современной науки и религиозной мифологии.

Зачастую трудно узнать, какая сторона нашей природы будет преобладать в нас. Для отдыха и работы необходимо принимать практическую реальность здравого смысла и обыденной жизни и следовать ей. Нам нужно выпекать хлеб, строить жилища, выковывать лемеха, защищать повседневную жизнь от опасностей, общаться с друзьями и противостоять недругам. Люди не смогли бы выжить, пребывая только в мире религиозной мечты. Знание — инструмент действия. Мы нуждаемся в понимании вещей и событий окружающего мира, если хотим овладеть им и разрешить возникающие жизненные проблемы. Вместе с тем человек захвачен вопросами о своем происхождении и судьбе. Опасаясь болезней и смерти, он часто жаждет лучшей доли. Он стремится придать своей жизни божественную таинственность. Он возводит соборы и идолов, создает символы веры и догматы, проводит религиозные церемонии и празднества, и все это для того, чтобы избежать смертности своего существования и утвердить вечность несуществующего. Homo religiosus придумывает религиозные символы, которым приносит дары и жертвы, чтобы только избежать взгляда смерти и не думать о гибели. Он придумал несуществующий рай для своей поддержки и опоры. Человек обманывает свою смертную судьбу, чтобы избавиться от мучительных размышлений о ней. Хотя он вынужден использовать свой рассудок для овладения окружающим миром, он всегда готов, по крайней мере до некоторой степени, выйти за пределы своего разумения в акте религиозной веры. Человек верит, что существует какой-то горний мир кроме его земной жизни со всеми ее горестями и драмами, тем самым упорно отрицая и сопротивляясь конечности своего существования. Самообманываясь, в разные времена и в разных местах он стремился исповедовать веру в самые невероятные мифы. Он считал, что они были сообщены ему свыше: Моисей на горе Синай, передавший десять заповедей «богоизбранному народу», распятый Христос, призывающий людей к спасению, истинный пророк Аллаха Мухаммад, которому ангел Джебраил открыл текст Корана, Просветленный Будда, Джозеф Смит и Новый Сион мормонов, или Колесницы богов, переносящие внеземные существа из других миров для наблюдения за человечеством...

Пафос человеческого бытия состоит в том, что многие, если не большинство из нас, не могут с легкостью признать конечность человеческой жизни, а также того факта, что не существует всеведущего провидения или извне нредзадашюй цели нашего существования. Внеземные существа могут существовать в отдаленных уголках вселенной, но вовсе не очевидно, что им что-то нужно от нас, что они могут общаться с нами сверхчувственным способом или что от них зависит наша судьба в будущем. Нужно скептически относится к реальности их существования, пока она не будет подтверждена научно, сейчас же она остается лишь волнующей возможностью.

Большинство людей полагают, что скептицизм оберегает от заблуждений; в то же время они считают его опасным, поскольку он ставит под сомнение почитаемые ими фантастические мечты. Научные методы и разум, ведущие к развитию технологии и промышленности, внесли огромный вклад в развитие человеческой цивилизации. Верующие не могут отрицать этого. Они стремятся воспользоваться плодами науки и технологии — но только до определенных пределов. Они всегда готовы выйти за границы науки, провозглашая доктрину двух истин, оправдывающую их право верить в религиозные откровения, какими бы ирреальными те не казались. Скептики избегают искушения со стороны современных мифов о трансцендентном. Отказываясь некритически принимать господствующие верования, они зачастую оказываются в одиночестве, осуждаемые и ненавидимые верующими за свои «низвергающие» ереси.

Может возникнуть вопрос, почему скептические воззрения на религию разделяются относительно небольшой группой интеллектуалов и атеистов? Являются ли религиозные потребности людей и жажда божественного настолько сильными, что они всегда преобладают над скептицизмом? Имеет ли религиозность биологические и генетические корни? Обладает ли она приспособительной ценностью? Насколько глубоко искушение потусторонним, проявляющееся вновь и вновь в каждую историческую эпоху и объясняющее готовность людей верить в мифы о потустороннем? Может или должно ли оно быть преодолено и каким образом?

В свое время возникло ожидание, вызванное доступностью образования, ростом грамотности, снижением нищеты и уровня заболеваемости, что человечество может выйти из состояния религиозности, подобно тому, как человек вырастает из своего детства. Появилась надежда, что ее место займет зрелое научное мировоззрение, мораль, устанавливающая ответственность самих людей за мир, в котором они живут, и социальная философия, основанная на естественном объяснении человеческой жизни. Согласно этому мировоззрению, у вселенной самой по себе нет цели или смысла, и она нейтральна по отношению к человеческим успехам и неудачам.

Она не является божественной по своему происхождению и питающим ее истокам. Человечество сравнительно невелико и обитает на небольшой планете в одной из бесчисленных галактик. Следовательно, мудрость начинается с осознания, что не существует достаточного подтверждения того, что бог или боги создали нас, и признания, что мы так или иначе ответственны за свою судьбу. Люди могут достичь достойной жизни, но это возможно лишь на пути культивирования добродетелей ума и мужества, а не веры и послушания. Мы можем добиться определенной меры социальной гармонии и справедливости, творческой и богатой жизни, полной интереса и изобилия. Но все это зависит от того, окажемся ли мы способны развивать научное знание и морально совершенствоваться. Человеку присуще стремление к приключениям и поэзии, романтике и красоте. Ему свойственны чувства удивления и трепет перед величием космоса. Эти чувства характерны также для религиозности, однако само по себе благоговение перед природой абсолютно естественно и искренне во все времена. Конечно, мы должны избегать двойственного подхода. Метод критического исследования, используемый в науке, философии и повседневной жизни, является эффективным лекарством, способным избавить нас от ложных установок, иллюзий и догм.

В античности господствовали языческие верования. В конце концов они были низвергнуты, и в средние века религиозность охватила западную цивилизацию. Гуманистическое мировоззрение появилось во времена Возрождения и стало приносить плоды в эпоху Просвещения, с развитием современной пауки и идеалов демократии и свободы. Однако вера в то, что разум и наука освободят людей от мифологии и иллюзий была ошибочна; двадцатый век стал свидетелем как возникновения новых религий (фашизма и марксизма-ленинизма-сталинизма), так и живучести прежних религиозных догм. Возник целый ноток новых верований в паранормальные явления, расцвели старые и новые формы оккультизма: астрология, уфология, парапсихология, космически ориентированные псевдонаучные религии, причудливые магические и спиритические практики.

Секулярный (светский) гуманизм предлагает свой взгляд на человека и вселенную, свою философию жизни, этику разума и свободы. Он говорит о том, что возможно, а что недосягаемо. Секулярный гуманизм представляет собой альтернативу религиям иллюзий и спасения. Решающими являются вопросы о том, как он способен преодолеть соблазны потустороннего, избегая его простого догматического отбрасывания, а также отношение светского гуманизма к жизни и его способность предоставить нам новые возможности и перспективы развития. Может ли светский гуманизм стать полноценной заменой веры в Бога и потустороннее? Может ли он рассказать о жизни, как она есть, и помочь осуществить наши фундаментальные стремления и надежды?